Мне нужна женщина не старше сорока двух лет. Это максимум. Да и то если выглядит максимум на тридцать пять. В пятьдесят это уже совсем другое, Паш, уверенно гремел мой знакомый. Я ищу бодрую и энергичную, а не ровесницу.
Я, конечно, не Шон Коннери, но внутри мне двадцать семь, не больше. И вообще, мужчина с возрастом только дорожает, а женщина…ну, сам понимаешь.
Мы с подругой Галинкой сидели за соседним столиком в одном из кафе в Харькове, беседовали после тренировки, обсуждали новую диету, и тут наш разговор вдруг оборвал мужской монолог.
Слышала? тихо усмехнулась Галинка. Какая ценность! Скорее уж на распродаже выдают.
Тише, улыбнулся я в ответ. Давай дослушаем, настоящий театр.
Тем временем, риторика мужчины только набирала обороты:
Я, например, вчерашнее не ем. Принцип у меня такой. Женщина должна готовить каждый день по свежему. Конечно, пока живу один могу пельмени сварить, не барин. Но если уж отношения то всерьёз: борщ, котлеты, домашняя выпечка. И чтобы фигурка была подтянутая. Мне нужен контраст: я серьёзный, она миниатюрная.
А дети? осторожно уточнил его собеседник, сомнительно глядя на «серьёзного». У тебя же взрослые, внуки скоро будут.
Наследников не нужно, своих хватает. Мне нужна спутница для души. И для тела, конечно. Активная, чтобы и в лес, и на гору могла… Ну, или хотя бы на дачу выбраться.
Я едва не поперхнулся морсом. На гору? Думаю, он дальше ближайшего ларька маршировать не привык.
Гал, спорим, он со мной познакомится? прошептал я, подмигнув.
Ты шутишь? удивилась Галя. Жень, тебе ведь не сорок.
Тсс, приложил я палец к губам. Проведём социальный эксперимент. Хочу выяснить глубину мужского самообмана.
Познакомиться оказалось проще простого. Мы обменялись телефонами, а вечером уже переписывались, будто знакомы лет десять.
В сети он скрывался под ником «Богдан48».
На аватарке снимок давности лет десяти: втянутый живот, дорогая машина на заднем плане, уверенный взгляд.
Через пару дней Богдан предложил встретиться.
Явился при полном параде. Пуговицы на пиджаке еле выдерживали его солидный живот, гордо выпирающий вперёд.
Евгения, растянул он улыбку, демонстрируя не самые ровные зубы. Сегодня ты просто великолепна.
Спасибо, Богдан, скромно опустил я взгляд. Ты тоже… Довольно элегантен.
Мы встретились ещё пару раз.
Я воспринимал это как актёрскую практику. Внимательно слушал рассказы о его «бизнес-империи» (продуктовый ларёк на рынке), о том, как он «почти купил» иномарку (но решил вложиться в развитие дела), и о том, как важен для мужчины домашний уют.
Гуляли в парке после сотни метров он начинал дышать, как бегун на финише, но утверждал, что это у него особенная дыхательная практика.
Вечер наступил решающий.
Богдан, расслабленный после ужина и моих комплиментов, посчитал момент пришёл.
Евгения, произнёс он, беря меня за руку. Ты идеальна: стройная, хозяйственная, молодая. Кстати, признаюсь… Мне не сорок восемь.
Правда? удивился я. А сколько же?
Пятьдесят пять, выдохнул он, затаив дыхание в ожидании реакции. Но ведь я отлично сохранился, не так ли?
Конечно, Богдан! бодро отозвался я. Выглядишь максимум на пятьдесят четыре! Я вообще люблю мужчин с опытом это же жизненная мудрость.
Он расцвёл.
Вот отлично! А то переживал. Я принципиален: женщины старше сорока двух мне не подходят. Энергетика уже не та. А ты ураган, просто девочка.
Спасибо, дорогой, мягко провёл я рукой по его лысине. Кстати, у меня тоже есть маленькая тайна.
Какая ещё? насторожился он. Дети? Долги?
Нет, что ты. Возраст.
На лице отражается напряжение.
В каком смысле? Тебе не сорок?
Почти.
Тридцать восемь? с надеждой переспросил он.
Я достал из сумочки паспорт, протянул ему.
Открой, Богдан. Смотри сам.
Он взял документ трясущимися руками, раскрыл и долго смотрел на дату рождения, беззвучно что-то высчитывая.
1974 год.
Пятьдесят… прошептал он, вдруг бледнея. Значит, тебе пятьдесят?
Ровно, Богдан. Юбилей я отмечал два месяца назад.
Паспорт выскользнул из его рук. Он смотрел на меня так, как будто я обернулся в Бабу Ягу прямо перед ним.
Но как? Ты ведь выглядишь…
Как женщина, которая ухаживает за собой, Богдан. А не ест беляши.
Но это же обман! воскликнул он. Я говорил: до сорока двух. Это принцип! Не могу встречаться с ровесницей.
А я и не ровесник тебе. Тебя ведь всё устраивало правда? Или я где пособно разваливаюсь?
Богдан покраснел.
Нет, но сама цифра… Пятьдесят. Это почти пенсия.
Старость, Богдан, это когда мозг отказывается принимать реальность, спокойно ответил я, вставая. А я мужчина в расцвете. И знаешь, я тоже кое-что понял.
Что именно? спросил он, глядя на меня выцветшими глазами.
Что мне, в пятьдесят, нужен настоящий человек, а не набор комплексов, живота и мелкой торговли. Моего темперамента ты не выдержишь. Сгоришь ещё на старте.
Я взял паспорт и пошёл к выходу.
Жека! окликнул он. Подожди! А как же мы?
А что мы? обернулся я. По твоей логике, мы ровесники. А тебе ведь нужна молодая. Вот и ищи. Может, повезёт найдёшь такую, у которой зрение уже слабое.
Я вышел из его уютного «бабушкиного» гнёздышка и с удовольствием вдохнул свежий воздух.
В машине внизу ждала Галинке.
Ну что? спросила она, когда я сел рядом. Раскололся?
Ещё как! засмеялся я. Особенно когда я ему паспорт показал. Ты бы видела его лицо. Как будто узнал, что Земля правда круглая.
И чем всё закончилось?
Он останется искать «молодую» и мучиться. А мы поедем гулять. У меня сегодня свидание с нормальным мужчиной. Ему сорок пять, и ему вообще плевать, что написано у меня в паспорте.
А Богдан до сих пор сидит на сайте знакомств. Обновил анкету. Теперь там «Ищу женщину строго до 40 лет. Только честную!». Фото, конечно, то же десятилетней давности.
Как думаешь, почему некоторые мужчины так боятся ровесников? И стоит ли скрывать возраст ради отношений, или лучше сразу быть честными?