Василий
Светлана, да ты с ума сошла! Комендант тебя в порошок сотрет за такое!
Маня, ну а куда мне его? На улицу выбросить? Жалко ведь Живой же!
Он-то живой, а вот за тебя я уж не уверена буду, если ты его оставишь.
Манечка, родная, ну чего ты? Это же не тигренок, а всего лишь котенок. Пусть немного поживет, а?
Да чего ты меня уговариваешь? Маша улыбнулась и провела рукой по крошечной шелковистой макушке рыжего неожиданного жильца. Думаешь, мне не жалко? Где ты его выцепила, чудо ты рыжее? Худой как щепка! Наверно, еще и больной… Голова у него совсем не держится. Сокровище нашла!
Иду после смены по парку, Света быстро обмотала котенка длинным шарфом, связанным Машей, а он прямо на дорожке валяется. То ли выполз из кустов, то ли там его и бросили. Уже снегом занесло, почти не видно. Если бы не рыжий цвет, и не заметила бы. Подняла ледяной, будто не дышит вовсе. Сердце сжалось, но смотрю шевелится еще. Я его подхватила, и бегом до общаги. Света прыснула, наливая молоко в эмалированную кружку. Вера Петровна как посмотрела на меня чуть глаза не вытаращила!
Ну все, теперь жди гостей! Ой, Светка, помню, как она Лидку за кошку ругала! Постояльцам с животными нельзя, порядок, говорит, нарушаете.
Маня, только ты меня не выдавай, ладно? Если Вера Петровна зайдет, спрячь его куда-нибудь. Я его только молоком покормлю и все.
Иди уже, Маша уложила котенка в шарфе в свою корзинку, быстро смахнула со стола вязание. Я ничего не видела, ничего не знаю, и молчать буду как рыба! она подмигнула Свете. Иди, я разберусь!
Света ушла, а Маша посмотрела на котенка будто сердце чуть потеплело:
Ну вот, счастье привалило Рыжее, беспокойное. Живи-ка, крошка. Светка у нас добрая, если что с тобой, плакать будет месяцами. Оно мне надо? Дыши, погибель ты наша.
Котенок почти не шевелился. Он только едва слышно дышал, глаза не открывал никакой реакции.
В комнате сгущались тени лениво ползущие по закоулкам. Маша не любила сразу включать свет: эти вечерние сумерки всегда были покоем перед бурей нового дня. В такие минуты можно было и книгу почитать, и по душам побеседовать со Светой узнать, как дела у нее с Мишей. Маша тяжело вздохнула: вот у Светки все ладится, и парень есть, и замуж зовет, а у нее самой никого. Кому такая богатырша нужна? Светка миниатюрная, коса до пояса, глаза как озера загляденье. А Маша? С бабушкину пору все в ней видели силу шутили, мол, из троих братишек любого за секундочку поставит на место. Мальчишки уже выросли, старший и женился недавно. Маша только-только съездила на свадьбу в родную деревню. А сама осталась одна. В городе ее рост и стать только смущали парней. «Может, бабушка права, что зовет обратно домой?» мелькнуло у Маши в голове, но тут же отогнала: что там делать? Мужиков почти не осталось, работы нет кроме фермы ничего толком. А зря она училась, что ли? Здесь, на заводе, ее ценят, даже путевку на отдых дали. Нет уж, еще рано сдаваться!
Света вернулась, отыскала в аптечке пипетку и попыталась накормить котенка тот только носом тыкался, пить сил не было. Увидев слезы у Светки в глазах, Маша решительно отодвинула подругу:
Дай сюда.
Она зажала крошечную голову, влила немного подогретого молока прямо в рот:
Давай, не ленись! За тебя тут целая команда болеет.
Котенок начал есть.
Назвали его Василием по-русски Василий, а по-домашнему Васька. Вера Петровна почти год не знала, что в их комнате скрывается усатый жилец, пока не увидела, как рыжий комочек ловко юркнул через форточку с улицы.
Это что еще такое?!
По общежитию волна все сбежались.
Вера Петровна, заискивающе улыбнулась Света, мы не нарочно. Просто Васька же! Он мышей отлавливает хранитель спокойствия!
Нет у нас мышей! У нас образцовое общежитие!
Еще какие мыши, Маша сложила руки на груди и, задвинув кота ногой, смотрела на комендантшу. Толстые, довольные собой. Васька каждое утро к кровати рядком выкладывает. В следующий раз покажу. Могу директора позвать пусть тоже порадуется.
Мария! возмутилась Вера Петровна, но потом вдруг смягчилась и посмотрела на Свету: Твоя работа? Замуж выйдешь кота заберешь?
Не знаю, Света сжала в руках кота. Он меня любит, но считает своей хозяйкой Машу. Скучать будет…
Фу ты, девка! Вера вдруг рассмеялась. Ты про него, как про мужика говоришь! Света, это кот! Где кормят, там и родина.
Не скажите. Света похлопала Васю по спинке. Я к нему и так, и эдак, а он все к Маше ластится.
Ладно, махнула рукой комендантша. Только чтобы не видно и не слышно его было!
Свадьбу Светке сыграли на широкую ногу, а Маша осталась с Васей. Время потекло медленнее, тоскливее. Вера Петровна не подселяла никого бережет Машу. Старое общежитие доживало свой век, девчатам сулили новые комнаты, стройка то начиналась, то замирала. На выходных Маша ходила с девчатами помогать строителям мечтала, какой будет ее новая жизнь. Именно тогда она встретила своего Александра.
Александр, как и Маша, был приезжим. Последний из семьи, родителей уже проводил, в городе ни семьи, ни квартиры, ни питья. О девушках мечталось, но хотел не просто красивую, а чтобы с приданым, с жильем. Машу он не сразу выбрал но пройти мимо ее статной фигуры не смог. Его попытки ухаживать сначала забавляли Машу:
Мамочки! Он же ниже меня! Если женюсь на нем буду по голове хлопать! смеялась она Свете.
Да при чем тут рост, Маша! возражала подруга. Человек ведь хороший.
Кто его знает, серьезнела Маша.
Света уже была беременна, приходила в гости, гладила Василия, что с размаху прыгал к ней на колени:
Тяжело?
Да ничего, улыбалась Света. Правда, будто на вокзале стою. Все жду, когда что-то хорошее начнется. Вот поезд придет и стану другой.
Чужой живот и свое одиночество слабо мотивировали Машу, но Александр стал бывать все чаще. Васька терпеть его не мог: шипел, выгибался, гонялся по комнате. Маша прогоняла кота на улицу, но ночью он возвращался, сидел в уголке, отказывался от еды и ласки. Вера Петровна, к которой кот уходил в гости, только качала головой:
Ревнует твой кот. Да и ты, Маша, смотри в оба. Такие как он поматросят и бросят.
Нет, не такой он, соглашалась Маша.
Но Вера оказалась права.
Машина усталость с каждым днем не отступала, но она списывала на усталый кефир и грибы с дачи. Лишь однажды, встретив на улице Свету с коляской, поняла, в чем дело подруга ахнула:
Ой, Маша! Как же так? Срок какой? А Александру сказала?
Маша шла домой как в тумане. Все тревоги и обиды вдруг опрокинулись в одну мысль: нужно говорить.
Но судьба распорядилась иначе.
Прости, Маша, но не могу я. Мало ли кто отец, Александр дернул плечом, пнул рыжего Ваську, а тот вцепился в ногу так, что Маша впервые за неделю рассмеялась.
Отпусти, Васюшка. Не отравляйся таким не по нас он.
Когда за Александром захлопнулась дверь, Маша механически налила себе чаю:
Поплакали и хватит! Сын у меня сама вырасту.
Имя своему мальчику Маша придумала сразу Иван. Ни отца записывать не стала.
Родня приехала дружно:
Ванечка из богатырей! Весь в маму, и никто ни упреком, ни взглядом не задел.
Жена старшего брата, помогая на кухне, тихонько шепнула:
Правильно, что родила. Теперь не одна ты и нормальный мужик найдется. Только крепись. Ничего, выкрутимся.
Слово сдержали: братья регулярно присылали гостинцы, продукты подвозили, Маша делилась, вытирая слезы украдкой так легко на душе бывает, когда знаешь: не одна.
Ясли для Вани были полем боев ребенок болел часто, Маша рвалась между домом и работой. Без Веры Петровны и Светы не справилась бы. Возвращение в деревню тяготило не хотела жить с семьей брата. Так и оставалась в городе.
Сидя у постели Вани, вспоминала Машу свою несостоявшуюся любовь, и думала: не всем встречается надежное плечо. Теперь она четко знала, что было бы счастьем не страсти и сладкие речи, а простая забота: чтоб кто-то налил чаю, приколотил полку, в зоопарк сходил с детьми и был всегда рядом.
Такой и есть семья. Такая, какая нужна.
Сон уносил тревоги, Маша засыпала у кроватки Вани прямо на столе.
В одну из ночей все переменилось.
Третий день Ваня с температурой. Врач из соседнего дома приходила каждый день, качала головой: организм крепкий, должен справиться. Маша почти не отходила от сына, готовила ему компрессы, а Вера вечером принесла горячий бульон:
Держись, Машунь. Все пройдет. Поешьте и спать.
Васька сидел около кроватки, не давая Ване за хвост поймать его. Ваня играл, засыпал рядом с котом, а Маша, готовя очередной компресс, услышала из комнаты звон что-то разбилось, и Ваня заревел. Бросившись в комнату, замерла: на полу рыжий комок сражается с огромной крысой. Буря шум, кровь, клочья шерсти. Вторую крысу Маша едва не наступила, хватая ребенка на руки и крича:
Помогите!
Через час, закутав сына, уехала к Вере Петровне та сразу дала ключи от своей квартиры, кота обещала проведать, комнату вычистить.
Ну и крысолов у тебя, Василий, приговаривала Вера, обрабатывая его раны. Настоящий герой, редкость! Ешь, милый!
Но кот не ел тяжело дышал. Утром Маша отпросилась у Веры:
Пригляди за Ваней? Я к врачу коту помощь нужна!
Конечно! Ветеринарка недалеко, через квартал!
Маша мчалась на коврике у кровати Васька еле дышит.
Потерпи, Васюшка, я помогу!
В ветлечебнице, не дожидаясь очереди, ворвалась с котом в руках:
Врача! Срочно! Самого лучшего!
Через минуту в кабинете появился великан седой, с добрыми глазами.
Что тут у вас?
Маша протянула кота:
Крысы… Он сына спас. Помогите!
Не кричите, девушка, врач мягко улыбнулся. Я Сергей. Не дрейфить, поправим героя!
И правда, потом удалось спасти Василия, и не раз еще он будет аккуратно обходить детскую, проверять, весь ли порядок, и ложиться к кроватке теперь уже не только к Ване, но и к маленькой Алене.
И вот годы спустя, в детской сумерках, Василий прыгает на кроватку Алены, замурлыкивает что-то свое, кошачье, а папа Сергей поправляет одеяло Ване, чешет кота за когда-то простроченным ухом. Маша обнимает мужа и вздыхает:
Хороша няня у нас, Сережа?
Да куда уж лучше, улыбается тот, глядя на золотого кота.
Маша выключает ночник, медленно прикрывает дверь ее дети никогда не боялись темноты. Ведь там всегда был Васька. А с ним нечего бояться.
