Саша, я всё ещё здесь: повесть о любви и надежде у Черноморского побережья
Саша, я жива. До сих пор. Она медленно подплыла ближе по волнам. Дай слово: не хорони меня прежде времени.
Саша, взгляни-ка только на эту красоту! восторженно воскликнула Евгения, смуглолицая, с искрящимися живыми глазами. Она широко раскинула руки, будто хотела всей душой обнять бескрайнее море.
Её русые локоны, выгоревшие под летним солнцем, чуть трепал вечерний ветерок. Я ведь говорила, что этот месяц станет для нас самым счастливым, что бы ни случилось!
Саша, стоя рядом на мягком золотистом песке, поправил старую холщовую панаму и улыбнулся. За внешним спокойствием пряталась тревога сердце медленно сжималось от смутных страхов. Мысль, что это может последний шанс вернуть прошедшее счастье, грызла изнутри и не давала покоя.
Да, Женя, этот месяц станет самым лучшим, сказал он, стараясь, чтобы голос звучал тепло. Ты всегда знала, как предугадывать будущее.
Но груз недавних переживаний давил на него два месяца назад врач тихо сказал: «Рак, стадия поздняя, ждать осталось недолго». И вот они приехали на берега Чёрного моря, в уютную Феодосию, потому что Евгения упрямо решила не сдаваться болезни, а жить на полную силу.
Пойдём купаться? Женя схватила мужа за руку, весело глядя ему в глаза. Не унывай, Саша! Помнишь, как подростками прыгали в речку у бабушки под Винницей? Ты тогда так переживал, что течение унесёт твои шорты!
Саша рассмеялся, и ненадолго боль потерялась. Евгения всегда умела вывести его из уныния словно умело перевести в другое, солнечное измерение.
Да я просто аккуратным был, не пугливым, поддел он. Побежали, а если вдруг меня сом выловит, ты уж не обижайся.
Оба смеялись, как парочка бесшабашных школьников, и бросились к воде. Евгения резвилась с волнами, Саша смотрел на жену, затаив дыхание. Его наполняло тревожное счастье: вот она, его Женя, лучшая на свете и мысль о потере казалась невыносимой.
«Любовь тащит за собой надежду даже тогда, когда дни против нас».
Вспоминается их начало: десятый класс русской школы в небольшом городке возле Одессы, месте, где все знакомы между собой. Евгения приехала с семьёй из Николаева улыбчивая, с густыми волосами и невероятно живым взглядом: только появилась, и сразу оказалась в центре внимания.
Саша был нескладным, высоким, вечно с книжкой наперевес. Он не верил, что такая девушка когда-нибудь бросит взгляд в его сторону. Но одно событие изменило все: на школьной дискотеке он робко пригласил её на медленный танец.
Ты совсем другой, доверительно сказала она, глядя прямо в глаза. Не пытаешься быть кем-то ещё.
А ты не боишься, что я на ноги наступлю? улыбнулся он; в ответ получил её задорный смех, и с того вечера началась их дружба.
Затем был выпуск Саша отправился учиться в Киев на инженера, Евгения во Львов, на филолога. Они писали длиннющие письма, ждали каникул, чтобы видеть друг друга хотя бы неделю. Разлука только укрепила чувства.
В двадцать два года, в первый год после институтов, поженились, устроив простую свадьбу в доме культуры. Пластиковых розы, музыка Софии Ротару, весёлое застолье им было всё равно, главное они были вместе.
Потом пришла обычная, не всегда простая жизнь: снимали небольшую квартиру, вкалывали, мечтая купить свой дом и открыть кофейню. Домашние хлопоты и усталость выливались в ссоры кто не помыл посуду, кто о долгах забыл.
Может, нам проще расстаться? однажды Саша захлопнул за собой дверь.
Евгения молча села, затем сказала:
Саша, я тебя слишком люблю, чтобы так просто всё бросить. Давай попробуем жить по-другому.
Они придумали простой ритуал раз в неделю день только для себя: уходили с телефонами, работы, проблем, гуляли, грелись на балконе за чаем, вспоминали молодость. Медленно чувства возвращались, как вода после долгой засухи.
Шли годы: удалось купить небольшой домик с садом, открыть свою кофейню у вокзала. Затем родились две дочери Варя и Оля, двойняшки, мечта матери. Евгения была заботливой, терпеливой, рассказывала сказки, а Саша думал: вот оно счастье.
Годы шли, и дочери разъехались кто во Львов, кто в Харьков в доме стало пусто. Чтобы заглушить разлуку, супруги бросились в работу открыли вторую кофейню, трудились до ночи. Но вот однажды посреди смены Женя резко побледнела и упала.
Женя! Женя, открой глаза! Саша тряс супругу, пока не приехала скорая. Диагноз: банальное переутомление, но Евгения лишь махнула: «Отдохну пройдёт».
А на следующий день снова потеряла сознание. Врач опустил глаза: «Рак, поздняя стадия. Месяца два, может, три».
Дома она спокойно сказала:
Саша, давай не будем тревожить дочерей. Я не хочу, чтобы они видели меня такой. Я хочу ещё увидеть море. Помнишь, мы мечтали лежать у моря, есть кукурузу, танцевать ночами? Ну так побудем счастливы, что бы там ни было.
Он хотел спорить, но промолчал если это её желание, надо в нем помочь.
Саша, ты опять где-то далеко? Женя брызнула на него водой, вырывая из мыслей. Эй, ты с нами?
Конечно, улыбнулся он, едва сдерживая слёзы и нырнув влево. Вспоминал, как ты вчера меня переиграла в картах!
Вот так-то! звонко рассмеялась она. Вечером пошли в кафе у набережной хочу танцевать под живую музыку!
Ты точно осилишь? Может, лучше вечером поспим? осторожно спросил он.
Саша, я жива и хочу жить! твёрдо глядя в глаза, сказала Женя. Дай мне слово: не станешь прощаться заранее. Пообещай.
Обещаю, прошептал он, и их объятия в тёплой воде казались крепче любой болезни.
Ключ: любовь и вера сильнее даже самых грозных диагнозов.
Тот месяц у Чёрного моря был как чудесный сон: прогулки по ухоженной набережной, кукуруза и солёная рыба, танцы под звёздами под музыку уличных музыкантов. Евгения помолодела, глаза её светились. Саша иногда ловил себя на мысли может, врачи ошиблись?
Однажды вечером на балконе гостиницы Евгения прошептала:
Саша, я не боюсь. Даже если конец я счастлива, потому что у меня были ты, дочки, это море, закат. Я прожила настоящую жизнь.
Не говори так, голос у Саши дрогнул. Ты ещё будешь веселиться на свадьбах у наших внуков.
Она улыбнулась и сжала его ладонь.
После возвращения домой Евгения настояла на повторном обследовании. Саша боялся этого дня, словно ночного кошмара, но поддержал жену.
Врач был ошарашен: новая томограмма показывала, что болезнь отступила опухоль почти исчезла. Так бывает, но редко. Организм настоящий борец, Евгения Петровна.
Саша не верил глазам он обнял жену, а Евгения заплакала от радости. Медсестра смущённо вышла из кабинета, давая им побыть вдвоём.
Это всё море и ты, Саша, шепнула она. И твоя любовь спасла меня.
Это ты меня спасла, ответил он.
Жизнь вернулась: снова кофейня, снова балкон, и через месяц в доме снова стало весело приехали дочки, зазвучал смех.
Смотрев на жену, Саша думал: как был я слеп, не видя её настоящего сияния в молодости. Евгения будто слышала мысли, улыбнулась в ответ:
Саша, ну не грусти. Лучше испеки твои чудо-оладьи. Я уж забыла, какие они горячие и вкусные.
Он испёк, и они ели вместе на веранде, наблюдая закат. Им было всё не страшно, ведь они вдвоём.
Повесть эта о любви, надежде и духе, которые способны творить чудеса даже в самые трудные минуты. Евгения и Саша доказали: вера и поддержка сильнее любой беды.
