NewsControl

Как мой пятилетний сын с феноменальной памятью в одночасье превратился из огурца в колобка на новогоднем утреннике: как три находчивых хирурга, промышляя суперклеем, медицинским шёлком и банкой солёных огурцов, создали самый незабываемый костюм колобка с тридцатью зубами, двумя хирургическими друзьями и картонной огуречной шапочкой, доведя воспитательницу до истерики и зал — до слёз от смеха

Мой сын обладатель феноменальной памяти. В детском саду он знал всё, от вступительных слов воспитательницы

Įdomybės

Последний мамиин путь по заснеженной дорожке: как я случайно сохранила фото её следов во дворе, и почему с того дня моё сердце сжимается каждый раз, когда я прохожу мимо пустого родного двора

Я выкрикиваю в окно: Мама, зачем так рано поднялась? Промерзнешь там! Она оборачивается, машет мне лопатой

Įdomybės

035

Фиктивный брак ради выгоды: как Ирина стала женой своего отчима ради бизнеса, но обрела нечто большее

БРАК КАК СОЛЁНЫЙ СНЕГ Павел Аркадьевич, можно с вами поговорить? в проёме узкой двери кабинета появилась

Įdomybės

071

Раньше ты была такой обычной

06.12.2025, 23:07 Дашь, выручи пятиста рублями? Бензин кончился, а денег нет, закончилось голосовое сообщение

Įdomybės

«Как посмела сестра вмешаться в мою жизнь?! Без спроса устроила у меня ремонт, будто я вещей не замечаю! Вошла в чужую квартиру, распорядилась – ни уважения, ни благодарности! Всю жизнь посвятила ей, а теперь она учит меня порядку! Да у самой – ни мужа, ни нормальной работы, а меня поучает, как жить! Сидит в своей однушке, счастливая, а я для нее будто никто… – Нина вытерла слёзы, – Под Новый год весь город сияет, а у меня – ни праздника, ни радости… Одна, как перст… Вот оно, “счастье” сестринское!»

«Как она могла поступить со мной так?! Даже не спросила, не поинтересовалась моим мнением! Вот уж уму

Įdomybės

У людей — умные холодильники, которые спорят с хозяином. Машины, которые пищат, если дышишь не так. Газонокосилки по цене квартиры в Москве. А у меня? Старая косилка с облупленной краской, упрямым шнуром запуска и сердцем, крепким как у сибирской козы. Появилась она у меня как и положено у настоящих “выживальщиков” — случайно, по нужде. Бывший муж купил её когда-то за копейки на барахолке — когда мы ещё были “мы”, когда верили в вечное “вместе” и вовремя платили коммуналку. А потом — развод: крупные вещи забрал он, оставляя себе всё гламурное и статусное. Я осталась с тем, что держит быт на плаву: Пара кастрюль. Пылесос с голосом умирающего мамонта. И косилка — потому что газону плевать, сколько у меня на карте. Забрала я её не из сентиментальности, а потому что на новую денег не было. А потом время сотворило своё волшебство. Жизнь бывшего покатилась словно сухие листья по осеннему ветру — ошибки, оправдания, странные прихоти. Мне новости о нём доносили знакомые с таким голосом, словно несут хрустальную вазу. Он потерял всё впечатляющее. Всё статусное. Я же оставила себе газонокосилку — и годы сложились в одиннадцать сезонов “я сама”. Одиннадцать лет собственной силы и изобретательности. Одиннадцать лет “делаю, как могу”. У меня нет сарая, где ей зимовать. Нет гаража с отоплением. Нет “правильного места” для техники. Она стоит во дворе и встречает сибирскую зиму лицом к лицу. Это не то время, когда пластиковые детали доживают до весны без трещин, а железо — без боли. Каждую весну я выхожу на участок, как к старой подруге, не зная — вспомнит ли она меня? Стряхиваю землю, вытаскиваю листья из тех мест, куда им не положено попадать. Проверяю бензин, как медсестра пульс. Сжимаю резиновое сердечко-праймер: Маленькое — но даёт надежду. И начинается ритуал: Становлюсь в кроссовках 37-го размера (а не в сапогах механика). Хватаюсь за ручку. Дёргаю шнур. Тишина. Второй раз. Тоже ничего. Третий — и прошу вселенную, будто молюсь древним богам: Пусть только не сегодня. Ведь если не заведётся — это не просто неудобство. Это новые траты. Новые нервы. Очередное напоминание о хрупкости быта. И тут она, как будто обиженная на мои сомнения, ревёт в полный голос: Я тут! Поехали! Каждую весну. Одиннадцать весен подряд. После ливней, снежных бурь, московской слякоти, жары и мороза — она снова жива. И каждый раз у меня начинает сжиматься сердце от смешного, но очень тёплого чувства. Дело не в ней, не в технике — а в доказательстве: Можно быть старым и неидеальным, но всё равно приходить вовремя. Побеждает не тот, кто блестит. Побеждает тот, кто держится. Победы бывают не только громкими — иногда это просто то, что старенькая машина не сдаётся. Что женщина не сдаётся. Что газон остался подстриженным, потому что кто-то — я — не перестал стараться. Теперь мне пятьдесят. Спина жалуется чаще. Терпения меньше, бюджет — танец на грани. Но когда эта косилка заводится, я стою и улыбаюсь полной грудью, пальцы на ручке, волосы в беспорядке, слушаю её победный рык и будто слышу: “Молодец!” Она не знает моей истории. Но стала её частью. Так что да — Я люблю свою газонокосилку. Не за крутость. За верность. А в мире, где так часто всё рушится, верность — это уже настоящее чудо. 💚 Спасибо за то, что читаете.

У людей сейчас полно всяких заморских штучек. Холодильники, что болтают не хуже соседки на лавочке.

Įdomybės

028

Две судьбы: как красавица Валентина не смогла спасти сестру от алкоголизма, а одинокая тётя Ольга из деревни Самоварово вылечила Зойку травами, козьим молоком и добротой, подарив ей новую жизнь и удивительный талант создавать волшебные шали

ДВЕ СЕСТРЫ В одной из старых улочек тихого подмосковного городка жили две сестры. Старшую звали Екатерина

Įdomybės

025

Любовь, которая держится за руку, даже когда настает прощание

Любовь, которая держит за руку до самого конца В последние месяцы жизни моей бабушки, когда в нашем доме

Įdomybės

– Ну вот! – воскликнул Саша. – Всё правильно! Последнее слово всегда должно быть за мужчиной Утром к Ефименко приехал из города взрослый внук, на чьей свадьбе они недавно побывали. Приехал Саша за картошкой — ведь он всегда помогал своим любимым бабушке с дедушкой и сажать, и выкапывать картошку. – Ну, расскажи, Саш, как тебе живётся со своей Светланой? – первой поинтересовалась бабушка, хлопоча у русской печи. – Да по-всякому бывает, бабушка… – нехотя ответил внук. – По-всякому… – Постой-постой, – насторожился дед Иван. – Это как по-всякому? Уже ругаетесь, что ли? – Да вроде пока не ругаемся. Выясняем, кто дома хозяин, – признался внук. – Да ну… – с усмешкой вздохнула у печки бабушка, – нечего тут выяснять, и так всё ясно. – Вот именно, – рассмеялся дед. – Ясно, что главная в семье всегда была и будет жена. – Ну-ну… – донеслось опять из кухни. – Дед, ты серьёзно? – удивился внук. – Ты это шутишь, что ли? – Ни грамма не шучу, – отрезал Иван. – Если не веришь — спроси у своей бабушки. Катерина, скажи, чьё у нас последнее слово? – Хватит тебе ерунду молоть, – добродушно ответила бабушка. – Нет уж, скажи – чьи решения в доме окончательные, твои или мои? – Мои… – Как это? – не поверил внук. – Что-то я не замечал такого. Да и вообще, я считаю, что в доме хозяин всегда должен быть мужчина. – Брось ты, Саша, – засмеялся вновь дед. – В настоящей семье всё по-другому, не так, как ты думаешь. Сейчас расскажу пару историй, сам поймёшь. История – Началось… – недовольно пробурчала бабушка. – Сейчас про мотоцикл свою притчу расскажет. – Про какой ещё мотоцикл? – удивился внук. – Да про тот, который век пылится в сарае, – подтвердил дед. – Вот интересно, как бабушка меня на его покупку сподвигла? – Бабушка? Сподвигла? – Конечно! Своих кровных денег дала. Но началось всё иначе… Однажды накопил я на мотоцикл с коляской, говорю Катерине — хочу купить, чтоб картошку с поля возить. Тогда нам давали участки за деревней. Твоя бабушка — ни в какую. Говорит, давай лучше купим цветной телевизор, а то они дорогие были. Картошку, мол, как возил на велосипеде — так и вези. Ну, говорю, последнее слово за тобой. Купили телевизор. – А мотоцикл? – не понял внук. – Мотоцикл тоже купили… – вздохнула бабушка. – Но после того, как дед спину надорвал и мне самой пришлось всю осень картошку с поля таскать. А уж когда в ноябре мы свиней сдали, все деньги отдала ему и говорю — езжай в район за мотоциклом с коляской. – А в следующем году осенью снова деньги появились, – продолжает дед. – Я уж говорю — баню новую строить надо, старая с родительских времён, крыша вся прогнила. А Катерина опять на своём: давай лучше новые мебель, чтобы, как у людей. Ну, думаю, последнее слово за женой. Купили мебель. – А весной баню завалило снегом, – закончила историю бабушка. – Дах не выдержал… – Вот после этого я и решила: как Иван скажет — так пусть и будет. – Ну вот! – воскликнул Саша. – Всё правильно! Последнее слово всегда должно быть за мужчиной. – Нет, Саша, ты не понял, – рассмеялся дед. – Перед тем как что решить, я всегда подхожу и спрашиваю: Катерина, хочу печь перебрать — разрешаешь? И как она скажет — так и делаю. – А я теперь всегда говорю: как ты решишь, так и будет. – Так что, Саша, последнее слово в любом случае — за женой, – подытожил дед. – Понял? Саша задумался, потом вдруг рассмеялся. Посмеялся, снова задумался, и лицо у него прояснилось. – Вот теперь понял, дед! Приезжаю домой и скажу: «Хорошо, Света, поедем в Турцию отдыхать, как ты хочешь. А машину в ремонт пока не отдаю — коробка барахлит, менять надо. Если сломается — ну и ладно. Будем всю зиму на автобусах ездить, только чуть пораньше вставать. Верно рассуждаю, дед?» – Самое верное решение, – с улыбкой кивнул дед. – Года через два всё у вас устаканится. А главной в доме пусть будет жена — и мужчине спокойнее. Это я точно знаю… – Ну вот! Последнее слово всегда за мужчиной, а по-настоящему — за женой: семейные премудрости по-русски

Вот так-то! воскликнул Саша. Всё верно! Последнее слово всегда должно быть за мужчиной! С утра к Ефименковым