Почти два года назад я услышал от своей жены фразу, которую до сих пор не могу забыть. Она сказала: «Ты
День, когда я узнала, что моя сестра выходит замуж за моего бывшего мужа. Семь лет я была замужем.
Родная моя. Сцена Марина Петровна уставилась в окно московской июньской ночи глухой, наполненной редким
У меня было три долгих серьезных отношения в жизни: в каждой из них я думал, что стану отцом, и в каждой уходил, когда разговоры о детях становились слишком реальными — первая женщина уже растила маленького ребёнка, вторая мечтала о семье, с третьей обсуждали, надо ли ещё детей, но всякий раз, когда приходило время провериться у врача и узнать, в ком из нас причина, я сдавался и уходил, предпочитая не знать правду, и теперь, когда мне за сорок, я смотрю на бывших со своими семьями и спрашиваю себя: я действительно уходил потому, что надоедало, или потому, что не хватало смелости остаться и узнать, что, возможно, проблема во мне? В жизни у меня было три серьёзных отношения. В каждом из них я думал, что стану отцом. И в каждом уходил
– Папа, больше к нам не приходи! Каждый раз, когда ты уходишь, мама всю ночь плачет, а я пытаюсь её утешить. Я спрашиваю: «Мама, почему ты плачешь? Из-за папы?» А она отвечает, что просто простудилась, но я ведь уже большая и знаю, от насморка голос так не дрожит. Папа и Оля сидят в московском кафе: он помешивает остывший кофе, а она не притронулась к своему мороженому – искусно украшенному разноцветными шариками с вишенкой и шоколадом. Любая шестилетняя девочка бы давно съела такую красоту, но только не Оля: она решилась серьёзно поговорить с папой. Папа молчит, а потом спрашивает: «Как же нам быть, доченька? Совсем не встречаться? Как же я буду жить?» Оля хмурится и отвечает: «Нет, папа. Я тоже без тебя не смогу. Давай так: по пятницам ты будешь забирать меня из детского садика, мы погуляем, я расскажу о нашей жизни, а фото мамы буду тебе показывать на телефоне. Хочешь?» Папа улыбается: «Хорошо, будем жить так…» Оля берётся за мороженое и вдруг становится очень взрослой: «Мне кажется, тебе пора жениться… Ты ведь не очень старый.» Папа смеётся, а Оля добавляет: «Вот дядя Серёжа уже два раза к нам приходил, хотя он совсем лысый, даже маме цветы дарит.» Папа удивлён, а Оля молчит, понимает, что выдала мамины секреты. Так решился папа поговорить с мамой. Он ведёт Олю домой, а она говорит: «Я готова!» В подъезде папа несёт дочку на руках, а на седьмой этаж они почти бегут. Когда мама открывает дверь, папа сразу говорит главное: «Ты не можешь так поступать! Какой ещё Сергей? Я люблю тебя. И у нас есть Оля…» А потом обнимает их обеих, и Оля крепко обнимает родителей – ведь взрослые снова целуются, а двух взрослых могут помирить только любящие дети. Делитесь своими мыслями в комментариях и ставьте лайк! Ты, папа, лучше к нам больше не приходи! Иначе, когда ты уходишь, мама всегда начинает плакать.
Кладовка и гаммы Я помню этот момент словно он произошёл не вчера, а много лет назад, во времена моего
И до сих пор я иногда просыпаюсь ночью и спрашиваю себя, когда мой отец успел лишить нас всего.
Мне было 15, когда это случилось. Мы жили в небольшой, но уютной квартире — с мебелью, холодильник был переполнен после походов в магазин, а счета почти всегда оплачивались вовремя. Я училась в 10-м классе, и единственной моей заботой было сдать математику и накопить на кроссовки, которые очень хотела.
Всё начало меняться, когда отец стал возвращаться домой всё позже. Входил, не здоровался, бросал ключи на стол и уходил в комнату с телефоном в руках. Мама говорила ему:
— Опять задержался? Думаешь, эта квартира сама себя содержать будет?
А он отвечал сухо:
— Оставь, я устал.
Я слышала всё из своей комнаты с наушниками, делая вид, что ничего не происходит.
Однажды вечером я увидела его во дворе, разговаривающего по телефону. Он тихо смеялся, говорил что-то вроде «почти всё готово» и «не волнуйся, я всё улажу». Когда увидел меня, сразу же повесил трубку. Я почувствовала что-то странное, но ничего не сказала.
В тот день, когда он ушёл — это была пятница — я пришла из школы и увидела раскрытый чемодан на кровати. Мама стояла в дверях спальни с красными глазами. Я спросила:
— Куда он уходит?
Он даже не посмотрел на меня и сказал:
— Меня не будет какое-то время.
Мама крикнула:
— На какое-то время с кем? Скажи правду!
Тогда он вспыхнул и закричал:
— Я ухожу к другой женщине! Мне надоела такая жизнь!
Я заплакала и сказала:
— А как же я? А школа? А квартира?
Он просто бросил:
— Вы как-нибудь справитесь.
Закрыл чемодан, схватил документы из ящика, взял кошелёк и ушёл, даже не попрощавшись.
В тот же вечер мама попыталась снять деньги с банкомата, и карта была заблокирована. На следующий день она пошла в банк, где ей сказали, что счёт пуст. Отец забрал все деньги, которые они копили. Оказалось, что он оставил два месяца неплаченных счетов и взял кредит, записав маму поручителем, не сказав ей ни слова.
Я помню, как мама сидела за столом, считала копейки на старом калькуляторе, плакала, шептала:
— Ничего не хватает… совсем не хватает…
Я пыталась ей помогать — разбирать счета, но и понять толком почти ничего не могла.
Через неделю нам отключили интернет, а потом чуть не отключили свет. Мама стала искать любую работу — убирала квартиры. Я начала продавать конфеты в школе, стыдно было стоять на перемене с пакетом шоколада, но дома не хватало даже самого необходимого.
Однажды я открыла холодильник — внутри была только банка с водой и половинка помидора. Я села на кухне и расплакалась одна. В этот вечер мы ели просто белый рис. Маме было больно не давать мне то, что давала раньше.
Позже я увидела в «ВКонтакте» фото отца с той женщиной в ресторане — они поднимали бокалы с вином. У меня дрожали руки. Я написала ему:
«Папа, мне надо на школьные тетради».
Он ответил:
«Я не могу содержать две семьи».
Это был наш последний разговор.
Больше он не позвонил. Не спросил, закончила ли я школу, не интересовался, болею ли я или нужна ли мне помощь. Просто исчез.
Сейчас я работаю, сама плачу по счетам и помогаю маме. Но эта рана всё ещё открыта. Не только из‑за денег, а из‑за предательства, из‑за холодности, из‑за того, как он бросил нас в беде и продолжил жить, словно ничего не случилось.
Но даже сейчас, многие ночи я просыпаюсь с тем же вопросом, застрявшим в груди:
Как пережить, если твой отец забрал у тебя всё и оставил тебя учиться выживать, когда ты ещё ребёнок? Иногда ночью я просыпаюсь и не понимаю: когда отец успел забрать у нас всё? Это похоже на странный сон
Я долгое время молчала. Не потому, что мне нечего было сказать, а потому, что надеялась: если я буду
Я это видела Закрывала реестр в бухгалтерии уже на автомате, когда Людмила Сергеевна из своего кабинета
